Главная Республика Вануату Первые европейцы на островах
История
Книги
Новости
2013
1234567
2012
312
Наша кнопка


HistoryLine.Ru logo

Статистика


Первые европейцы на островах

Во второй четверти XIX века на Новых Гебридах стали появляться торговцы санталовым деревом, вербовщики, похищавшие островитян и превращавшие их в рабов, а впоследствии и миссионеры. Архипелаг привлекал европейцев своими огромными богатствами, прежде всего, лесами, в которых произрастали ценные древесные породы. Местное население, поклонявшееся различным богам и духам и не имевшее письменности, рассматривалось в качестве дешёвой рабочей силы, которую можно было использовать на далёких плантациях Фиджи, Новой Каледонии или Австралии. В прибрежных же водах Новых Гебрид в это время стали появляться суда, занимавшиеся китобойным промыслом. К тому же, в водах архипелага морякам удалось найти большое количество голожаберных моллюсков, которые пользовались большим спросом в Китае, где считалось, что они улучшают половую потенцию.

Торговцы санталом

В течение многих веков основными импортёрами санталового дерева были китайцы, которые из душистой древесины вечнозелёного дерева изготавливали различные сувениры, мебель и эфирные масла. Британские же торговцы часто обменивали древесину сантала, которую вырубали в британских колониях, на высоко ценимый в Европе чай. Однако к 1820 году в Северном полушарии леса санталового дерева были в большей части истреблены, поэтому возникла необходимость поиска новых мест, где произрастала бы эта ценная древесная порода.

Заслуга в открытии лесов сантала на архипелаге принадлежит ирландскому торговцу и исследователю Питеру Диллону (англ. Peter Dillon), который также вошёл в историю благодаря найденным им на острове Ваникоро останкам исчезнувшей экспедиции французского путешественника Лаперуза. В январе 1825 года торговец отправился к Новым Гебридам, и первым островом, которого он достиг, стал Танна. Не найдя на нём достаточного количество сантала, Диллон по совету островитян отправился на соседний остров Эроманга. Высадившись в западной части острова, путешественник впоследствии нашёл колоссальные леса, в которых произрастала ценная древесная порода. Отношение к Диллону местных жителей было неоднозначным. Найдя общий язык с племенем, проживавшим на левом берегу бухты, которая впоследствии будет названа в его честь, путешественник спровоцировал враждебное отношение к нему жителей правого берега, которые стали нападать на его людей. Диллон нашёл островитян «в таком состоянии варварского невежества, что они даже не смогли придать значения нашим вещам». Это стало большим препятствием, так как европейцы без желания островитян покупать у них вещи просто не могли заставить жителей работать на них. Поэтому Диллон пришёл к выводу, что «бесполезно пытаться добывать древесину, если коренные жители не станут рубить лес и доставлять его на берег для продажи или бартера». Вскоре торговец покинул остров Эроманга и уже больше никогда не возвращался на него.

Приплыв в Сидней, Диллон составил подробное описание своего путешествия, в котором упомянул о высадке на острове Танна, но не написал ни слова об острове Эроманга и об открытии им санталовых лесов. Вполне возможно, что Диллон действовал в интересах своего знакомого по имени Самьюэль П. Генри, который также занялся вырубкой сантала. Публичное заявление об открытии на Эроманга привело бы к большому наплыву на остров других коммерсантов, а это противоречило торговым интересам Диллона.

С тех пор Эроманга, как и впоследствии острова Эфате, Анейтьюм и Эспириту-Санто, стали центрами торговли этим вечнозелёным деревом. Первые станции по сбору и подготовке древесины были созданы на острове Анейтьюм, а затем и на других островах Новых Гебрид. Однако долгие годы торговля санталом велась не очень активно. Только в 1840-х годах, когда санталовые леса были обнаружены на острове Пен (Новая Каледония), торговля была налажена, а Новые Гебриды стали частью регулярного торгового маршрута в южной части Меланезии.

Местных жителей, которым за вырубки ценной породы давали металлические изделия, козлов, кошек и собак, часто обманывали, поэтому со временем представители разных племён ни-вануату стали враждебно относиться к чужеземцам. Европейцы же стали поджигать дома, занесли на острова болезни, которые ранее на них никогда не встречались: корь, дизентерию, оспу, коклюш. Также произошло значительное сокращение численности коренного населения.

Вырубкой сантала занимались в основном выходцы с других островов Тихого океана. Так, например, в 1829 году на остров Эроманга были завезены 100 тонганцев. Появление на Новых Гебридах чужеземцев в значительной мере способствовало формированию современного национального языка Вануату — бислама. Вырубка сантала процветала на некоторых островах Новых Гебрид (Малекула, Эспириту-Санто, Эфате) вплоть до 1865 года.

«Охота на чёрных дроздов»

Однако уже в 1863 году, после прекращения на ряде островов торговли санталовым деревом, стала процветать «охота на чёрных дроздов» (от английского слова «blackbirding»), или вербовка местных жителей для работы на чужеземных плантациях. По сути, это было обычное рабство: местных жителей, в большинстве случаев, силой заставляли уплывать на другие острова Тихого океана, хотя очень часто островитяне сами соглашались отправиться в чужие страны в поисках заработка. Выходцы с Новых Гебрид и других островов Океании работали на тростниковых и хлопковых плантациях штата Квинсленд в Австралии и на островах Фиджи, а также в шахтах Новой Каледонии. Единственное отличие «охоты на чёрных дроздов» от работорговли состояло в том, что после 1904 года, когда вербовка была запрещена, большая часть островитян была репатриирована на родину. В целом, за сорок лет на плантации Австралии и Фиджи было перевезено около 40 тысяч выходцев с Новых Гебрид, 10 тысяч человек так и не вернулось домой.

В результате за XIX век численность населения Новых Гебрид резко сократилась, а местные жители чуть не лишились своего культурного наследия.

Республика Вануату

Флаг Вануату

Герб Вануату
История
Статьи
Люди
Цитата

Маленькой лошадке в первый раз кажется, что дорога узка
Китайская пословица